79 год. Император Тит Флавий Веспасиан тяжело болен, однако по случаю 10-летия своего правления решает устроить празднования в Риме - в Колизее проходят крупные гладиаторские игры и спортивные соревнования, в городе собираются самые известные гладиаторы Империи для участия в боях.

Таверны устраивают свою борьбу - за право потчевать победителя гладиаторского турнира. Специальная комиссия из патрициев должна сама проследить за выбором лучшего заведения. Бурная жизнь города не прекращается ни днем, ни ночью. Таверны, рыночные лавки, городские школы, термы, лупанарии - все доступно для жителей Рима (главное, чтобы это позволял их кошелек).

В Сенате, тем временем, происходит затишье перед бурей. Болезнь императора прогрессирует, и он в любой день может присоединиться к предкам. Его любящие сыновья и сенаторы следят и готовятся к моменту, когда другие плечи укутает фиолетовая тога.
В 73 году, когда Император присвоил себе звание цензора, он устранил всех радикально настроенных сенаторов из числа республиканцев и привел к власти представителей средних слоев. Например, Гельвидий Приск, и вовсе поплатился жизнью за свой республиканский образ мыслей. Веспасиан не одобрял философов, в частности, стоиков, которые подвергали критике официальную власть.
К сегодняшнему дню республиканцы в Сенате присутствуют, хотя их радикальные настроения немного убавились. "Партии" условно делятся на республиканскую, про-имперскую и умеренно настроенную.

Веспасиану досталось от Нерона не самое богатое "наследство". Для восстановления финансового состояния Империи он вводит новые налоги, да и вообще не отличается любовью к блеску и роскоши. Были закрыты врата храма Януса, и не велись крупные войны, кроме британской. За десятилетие правления Тита Флавия Веспасиана все большее число иностранцев (египтян, галлов, германцев и др.) получили право работать и жить в Риме, селились они, как правило, в неблагополучных кварталах, где смешивались с римским плебсом. Исключение составили галлы, жившие в отдельном квартале. Сам Юлий Цезарь на одном из празднеств заметил, что хотя галлы и являются "странным" народом, их вино стоит того, чтобы терпеть их в Риме. Так и повелось.

У каждого римлянина есть свои политические убеждения, которые могут быть на стороне Веспасиана или республиканских традиций. Несмотря на разные политические взгляды, политика Веспасиана воспринималась положительно широкими народными массами. Когда плебсу хватает хлеба и зрелищ, он не настроен критиковать официальную власть. Исключение составляют философы. Большинство из них были изгнаны из Рима еще в начале 70-х (вместе с астрологами), но в городе еще остаются представители различных философских школ (см. Вводную по философии), которые не могут открыто высказывать свои убеждения на форуме и ведут "подпольную" борьбу за идеи.

Борьба же за просвещение жителей ведется в городских школах (как и в случае каждой войны случаются потери - финансовые, со стороны учеников). Школы делятся на мужские и женские, в них преподавали латынь, ораторское искусство и счет. Обучаться мог любой желающий (кроме рабов, разумеется), который был в состоянии заплатить за свое образование. Богатые патриции предпочитали брать для своих детей частных преподавателей.

Любой уголок Древнего Мира был до краев наполнен различными верованиями, рассказами о великих и удивительных делах, вошедших в легенды, и представлениями людей о сверхъестественных событиях. Рим не был тому исключением. Жить под бдительным оком небожителей, отдавая им дань своим вниманием и земными дарами, читать их знаки, надеяться на их защиту, лицезреть их милость или гнев было настолько естественным для римлян, что "атеистов" как таковых не было. Каждый отдельный храм помогал жителям города донести их просьбы и мольбы до богов (см. Правила по вере и Религию на игре). За последние десятиления в Риме становятся популярными новые культы, в частности - египетской Изиды.

Ходят слухи, что без божественного вмешательства не обошлось и в случае с катакомбами Рима: кто-то говорит, что там обитают духи-лемуры (см. Правила по вере), кто-то твердит про древние проклятые сокровища, кто-то верит лишь в людские интриги, хотя те смельчаки, которые отваживались в них спуститься, возвращались не в своем уме.